Виктор Правдюк. ОКТЯБРЬ 1942 ГОДА

Самое ожесточённое, самое упорное, самое решающее сражение Второй мировой войны продолжалось на разрушенных улицах Сталинграда, в подвалах его домов, в цехах его заводов. Некоторые исследователи видят в этих боях не образцы военного искусства, а упрямое следование принятой раз и навсегда схеме, в которой противники в ближнем бою уже не могли отодвинуться друг от друга и в полумёртвом состоянии продолжают обмениваться тяжёлыми ударами. На самом деле, конечно, это не так. В Сталинграде суть заключалась уже не в тактике и стратегии. Это был Рубикон, который должно оставить позади себя, ни в коем случае не впереди, потому что не перейдённый и не взятый этот Рубикон определит исход всей войны. Не упрямство вело Гитлера в Сталинград, и не оно заставляло русских держаться в Сталинграде. В этих боях чувствовалось что-то иррациональное, необъяснимое, что и не нужно объяснять. Это была судьба всех нас и всей войны…


Из того, что мы знаем о Сталинграде по документам, открытым в последнее десятилетие, возникает безжалостный и беспощадный истребительный эпос, ещё неподвластный художникам и драматургам. 13500 человек были расстреляны в дни обороны Сталинграда заградительными отрядами и особыми отделами, это целая дивизия. Каждый седьмой защитник Сталинграда был штрафником. Все ли расстрелянные и наказанные были предателями, трусами и паникёрами? Едва ли! У кого там тогда хватало времени, чтобы разбираться? Смысл этих поспешных казней был в другом: с помощью страха внушить, что в живых остаться можно только самоотверженно и хорошо воюя, иначе смерть всё равно найдёт тебя: с немецкой или с нашей стороны, но обязательно и неизбежно найдёт…

В боях на острове Гуадалканал японцы встретили упорного противника в лице американской морской пехоты. Японский флот каждую ночь доставлял по 900 человек подкрепления на остров, но и американцы регулярно усиливали свои ряды. Решающей в борьбе за Гуадалканал смогла бы стать поддержка флота и его артиллерии, но обе эскадры внимательно следили друг за другом.

11 октября произошёл морской бой у мыса Эсперанс, в котором японцы потеряли крейсер, эсминец, а два их крейсера были повреждены. Американцы потеряли два эсминца потопленными и два крейсера сильно повреждёнными.

23 октября японцы начали штурм аэродрома на Гуадалканале. Упорные бои шли на взлётно-посадочной полосе до конца октября, но взять аэродром японцам не удалось. Японские потери почти в десять раз превышали американские, и после столь безрассудных атак остатки японских войск уже не представляли реальных угроз. Американская морская пехота выиграла это важное сражение на Гуадалканале.

26 октября у острова Санта Крус произошло авианосное сражение, в котором американцы потеряли авианосец «Хорнет», повреждения получил авианосец «Энтерпрайз». У японцев были повреждены авианосцы «Дзуйхо» и «Сёкаку». Главный урон для Японии состоял в другом. В этих боях она потеряла около сотни самолётов, в то время как американцы – 74. Но в США существовала широкая программа подготовки пилотов, а Япония ничем уже не сможет компенсировать потери опытных лётчиков…

Может быть, самым прозорливым в японском руководстве в этот «ничейный» период войны был командующий Объединённым флотом Японии адмирал Ямамото.

Исироку Ямамото родился в 1884 году. Участник Цусимского сражения. Понимая, что в длительной борьбе с Соединёнными Штатами Япония войну проиграет, подготовил план упреждающего сокрушительного удара в Перл-Харборе. Ямамото пытался навязать американцам решающее морское сражение, от которого флот США умело уклонялся. После потери четырёх авианосцев в битве у острова Мидуэй Ямамото писал сестре: «Не обращай внимания на то, что пишут в газетах. Наше положение стало тяжёлым…» Ямамото несколько лет провёл в США в качестве военно-морского атташе, и он прекрасно знал мобилизационные возможности своего противника. В период битвы за Гуадалканал японский флот под руководством Ямамото одержал несколько тактических побед, но умный и опытный адмирал прекрасно понимал обречённость Японии в войне на Тихом океане…

В Сталинграде ожесточённые скоротечные бои велись штурмовыми группами по 8-10 бойцов в каждой. Клинки, ножи, штыки, чтобы убивать бесшумно, гранаты, которые можно бросить в подвал или в уличный люк. В подвалах размещались даже противотанковые орудия. В обороне важную роль играли русские снайперы. Убыль немецких офицеров в Сталинграде оказалась самой высокой за всю войну. За ночь опытные сапёры могли поставить по несколько десятков мин. Ночью немцам не давали спать русские диверсионные группы. Как позднее сказал один из наших ветеранов: «Мы, русские, были готовы к Сталинградской битве. Мы не обманывались насчёт той цены, которую придётся заплатить за победу».

14 октября 1942 года Гитлер подписал оперативный приказ №1, который стал одной из его самых главных стратегических ошибок в ходе Второй мировой войны. С большой долей уверенности можно говорить о том, что этот приказ предопределил катастрофу под Сталинградом и сделал неизбежным потерю стратегической инициативы Вермахтом на Восточном фронте уже зимой 42-43 годов. Этот приказ можно сравнить с аналогичными приказами Сталина, которые выходили из-под его пера в первой половине 42-го года. Оба тирана в одинаковой степени искренно заблуждались относительно возможностей, сил и средств у своего противника. Основных положений в приказе Гитлера было три.

  1. Вермахт должен был любой ценой удержать все позиции и всё захваченное пространство, достигнутое к 14 октября 42-го года.
  2. Советское командование не располагает такими ресурсами и резервами, которые оно имело при контрнаступлении под Москвой зимой 41-42 годов. (Гитлер и понятия не имел, что Сталин не только мобилизовал огромные людские ресурсы, но и сумел максимально эффективно использовать экономическую помощь союзников).
  3. Гитлер приказывал частям Вермахта удерживать позиции даже в окружении. Гитлер приказывал им сражаться до тех пор, пока не подоспеет помощь.

В начале октября развеялись иллюзии гитлеровской Ставки по поводу возможности овладеть Ленинградом. Фельдмаршалу Манштейну вместо подготовки к штурму города пришлось направить свои дивизии против наступающего Волховского фронта. Разорвать осадное кольцо нашим войскам не удалось, и потери они понесли изрядные, но и штурмовать Ленинград поредевшие части немецкой 11-й армии уже не могли. Манштейн разработал новый план наступления, но у Гитлера уже не было для этого резервных войск.

При форсировании минных полей и на боевых позициях в октябре погибли восемь подводных лодок Балтийского флота. Несмотря на плотные минные поля и тщательную охрану немцами Финского залива противолодочными катерами, балтийские подводники, действуя на коммуникациях врага, потопили в октябре 15 транспортов противника. Три судна были на счету подводной лодки Щ-406 капитана третьего ранга Евгения Осипова.

В конце сентября 42-го года бойцы Красной армии вновь переправились на левый берег Невы в районе Московской Дубровки и захватили тот же самый плацдарм, который вошёл в историю войны под названием «Невский Пятачок». Жертвы среди солдат и командиров были очень большие, поэтому 8 октября было принято решение вернуть десант обратно, что и было сделано. Но уже на следующий день, 9 октября, рота красноармейцев снова высадилась на плацдарме, закрепилась, и эта трагическая героическая эпопея получила своё продолжение. Вероятно, противник использовал слишком малое пространство Пятачка (накопить там значительные войска для наступления было невозможно) для перемалывания наших войск…

Блокадный город продолжал жить своими специфическими, полными драматизма заботами. Близилась зима, нужно было решать проблему с отоплением. По этой причине было принято решение разобрать на дрова несколько тысяч сохранившихся в Ленинграде деревянных домов, иногда эти дома просто взрывали, облегчая разборку. Продолжались артиллерийские обстрелы осаждённого города, к которым, как это ни странно, давно уже привыкли. Так 27 октября на Ленинград упало и разорвалось 299 вражеских снарядов. Эти снаряды разрывались в Кировском районе, на Васильевском острове, в историческом центре города. И как всегда, снова были жертвы, раненые и убитые. Продолжались, хотя и редко, и бомбардировки с воздуха, но ПВО работала эффективно, и к городу асы Люфтваффе прорывались не часто. В конце октября на Ладоге начались традиционные для этого времени штормы, и ладожская навигация была сопряжена с очень серьёзными опасностями.

Осенью 1942 года Ассоциация помощи трону в Японии провозгласила необходимость:

  1. повышения морального духа;
  2. увеличения производства;
  3. приспособления жизни к условиям войны;
  4. укрепления государственного строя.

Премьер-министру генералу Тодзио удалось удержаться у власти, хотя против него объединились несколько влиятельных политиков, хорошо понимающих, что стратегически Япония выиграть войну не может. Несмотря на захват богатых сырьём стран, наладить доставку его в Японию было очень непросто. Ежемесячные потери торгового японского флота осенью 42 года достигли 250 тысяч тонн. Война разрушала и без того слабую экономику Японии.

Интересно, что в прогнозах на будущее руководство Японии почти не уделяло внимание Китаю и его громадным людским ресурсам. Гоминдановский Китай, по мнению аналитиков из Токио, не имеет сил к длительному сопротивлению и надеется только на конечную победу Америки. Наличие коммунистического Китая способствует устойчивости Японии в Китае, потому что Чан Кайши и Мао Цзедун прежде всего стремятся не допустить усиления друг друга, и только во вторую очередь заняты войной против Японии.

Дневники Петра Парфёновича Владимирова, связного Коминтерна при руководстве ЦК КПК, были изданы ещё в 1973 году. Это были свидетельства думающего, умеющего анализировать очевидца того, какую тактику избрал Мао Цзедун и руководимые им китайские коммунисты в самые трудные для нас месяцы Второй мировой войны. Тактику неведения активной борьбы против японских оккупантов и накапливания собственных сил и войск. И там, в особом районе Китая, всё решали далёкие сражения на Волге и Тереке, под Ленинградом и под Москвой. «8-я народно-революционная армия, -записывает в дневник Пётр Владимиров в октябре 42-го года, — мирно уживается с врагом. На зиму японцы с удобствами устроились в населённых пунктах (мы их объезжали), а по соседству бездействовали части 8-й Народно-революционной армии… Я поинтересовался у бойцов, почему не отбивают деревни, японские гарнизоны ничтожные, уничтожить карателей не представляло труда. Мы спешились, покурили с бойцами и те вскоре признались: «Трогать не велят. Говорят, уничтожим гарнизон, японцы нагрянут с подкреплением. Что тогда делать? А так мы их не трогаем, они – нас. Невольно складывалось такое впечатление, что 8-я НРА выжидает итоги столкновения Германии с Советским Союзом и что здесь, в особом районе, равнодушие к борьбе советского народа».

Основные жертвы на алтарь будущей победы в 1942 году приносились русским народом.

В Вашингтоне 6 октября подписан протокол о поставках Соединённых Штатов и Великобритании военной техники и материалов Советскому Союзу.

Гитлер издал приказ о «пленных британских командос», приравняв их к диверсантам, которых необходимо расстреливать.

19 октября японское правительство издаёт указ о наказании лётчиков противника, попавших в плен.

Министр внутренних дел Великобритании Герберт Морисон сообщил о потерях мирного населения от воздушных налётов:

41257 убитых, 55028 раненых.

В Сталинградском сражении прижатые к Волге советские войска добились чёткого взаимодействия с артиллерией, которая была расположена на левом берегу реки, но управляли ею наблюдатели с передовых позиций. Немцы отмечали шквальные артиллерийские удары, проводимые с большой точностью на постоянной городской линии фронта. Советская авиация с аэродромов за Волгой научилась поддерживать собственную пехоту. В целом, как всегда, в экстремальных условиях, русские набирались опыта и заметно росли в умении воевать. Жаль только, что очень дорогой ценой давалось это ученье. В среднем каждый солдат участвовал в Сталинградском сражении ровно семь с половиной часов…

9 октября 42-го года был издан указ Президиума Верховного Совета СССР о «введении полного единоначалия и ликвидации института комиссаров в Красной армии». Наследие гражданской войны в очередной раз тормозило воинское умение командиров, мешало принимать своевременные решения…

Бои за Северный Кавказ велись на двух направлениях. На Черноморском побережье оборонялись советские 18-я и 56-я армии. Черноморской группой вместо генерал-полковника Якова Черевиченко с 11 октября командовал генерал-майор Иван Петров. Вермахт стремился пробиться к городу Туапсе, северо-восточнее Туапсе разгорелись упорные бои. Немцы стремились открыть себе дорогу на Кавказ по берегу Чёрного моря. Вторым эпицентром сражения на крайнем юге были кавказские перевалы в районе Нальчик-Владикавказ (Орджоникидзе). Если севернее Туапсе противник был остановлен, то в горах войскам 37-й и 9-й армий остановить инерцию наступления 1-й танковой армии Клейста не удалось. 28 октября пал Нальчик, и Клейст повернул свои авангарды к столице Северной Осетии…

8-я британская армия начала наступление 23 октября мощной артиллерийской подготовкой. Накануне от разрыва сердца умер заменявший Роммеля генерал Штумме, и Роммель по просьбе Гитлера немедленно вернулся в Северную Африку. Две немецкие танковые дивизии –15-я и 21-я постоянно наносили контрудары по атакующим частям британцев и, казалось, что к вечеру 25 октября англичане исчерпали свои возможности против упорной обороны противника. Но Монтгомери потребовал от бронетанковых частей, у него было более тысячи новых танков, вновь попытаться прорвать позиции итало-немецких войск. Тяжёлые бои продолжались весь следующий день. 26 октября решающий вклад внесла австралийская 9-я пехотная дивизия, которая сумела прорваться на север, в направлении к морю. В последние дни октября положение немецкого корпуса требовало радикальных мер для удержания позиций, взломанных успешным наступлением австралийской дивизии. Гитлер, напутствуя Роммеля перед возвращением в Африку, отдал ему типичный для этого периода войны приказ: «Стоять насмерть, не уступая ни метра захваченной территории!» В Африке, где не было сплошной линии фронта, подобные распоряжения были абсолютно бесполезны.

3 октября на немецком ракетном полигоне в Пенемюнде первая в мире ракета А-4, будущая Фау-2 на жидком топливе, впервые превзошла более чем вдвое скорость звука и на высоте 60 миль пролетела 120 миль, взорвавшись в двух с половиной милях от назначенной цели. Это был громадный успех гитлеровских ракетчиков.

Октябрь 42-го года был кульминационной точкой в битве за Атлантику. Немецкие подводные лодки за этот месяц потопили 38 судов, но 12 субмарин были уничтожены, большинство с помощью патрульной авиации союзников. И потери подводных лодок, и их неспособность воспрепятствовать рейсам быстроходных лайнеров типа «Куин Мэри» с водоизмещением свыше 80.000 тонн, перевозивших за один рейс до 15 тысяч американских солдат на британские острова через Северную Атлантику, — поставили командующего подводным флотом Германии адмирала Карла Деница перед целым рядом неразрешимых проблем.

Октябрь был месяцем подготовки операции «Торч», десантной операции союзников в Алжире и Марокко. После одного из совещаний известный острослов американский генерал Джордж Паттон заметил, обращаясь к адмиралам: «Никогда ещё в истории армии флот не производил высадки в заданном ранее намеченном месте и в заранее намеченный час. Если вы высадите нас не далее 50 миль от запланированного района и не позже десяти часов от намеченного времени, я поведу войска в бой».

В конце октября в Сталинграде похолодало. Погода часто была нелётной, и на переправах через Волгу стало полегче, висевшая над рекой немецкая авиация не летала в тумане и в дождливую погоду. Но у русских был самолёт, который поднимался в воздух в любую погоду, это был штурмовик ИЛ-2, который немцы уже оценили по достоинству – и пилоты Люфтваффе, и пехота на земле. ИЛ-2 отличался хорошей маневренностью, обладал какой-то непостижимой живучестью в воздухе…

Главный конструктор Сергей Владимирович Ильюшин родился в 1894 году в крестьянской семье в Вологодской губернии. В Первую мировую войну был ангарным рабочим, мотористом, затем сдал экзамен и стал пилотом. С 1931 года на конструкторской работе. В 1938 году Сергей Ильюшин построил бронированный штурмовик ИЛ-2 для действий по наземным целям с малых высот. С 1940 года этот уникальный самолёт пошёл в серийное производство и стал одним из самых эффективных самолётов Второй мировой войны.

Приобрести книгу в нашем магазине: http://www.golos-epohi.ru/eshop/

Заказы можно также присылать на orders@traditciya.ru

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s